Точка. И новая строчка.

Вот я и разменял очередной десяток.

Это были неплохие 30 лет, спасибо всем, кто был рядом в части из них.

То ли еще будет!

А вот ЖЖ я с этой записью окончательно перевожу в режим чтения френдленты.

Александр Непомнящий. Песня юных дружинников.

( Read more... )

Пустые, обезлюдевшие здания,
Колеса вверх - машины все заброшены,
Кто защитит нас, где ж моя милиция?
О, боже, боже, боже, что же мы наделали
Знать вправду, выгнали оттуда мудаков.

http://www.nepomn.ru/mp3/03_Extremizm_09_Pesnya_Yunyh_Druzhinnikov.mp3

Три дня назад, в бурю, в одном из соседних дворов рухнул большой тополь, по пути сломав много ветвей соседних деревьев. А только что я видел, как из этих ветвей дети лет 10 собрали что-то вроде баррикады, стояли и прыгали на ней с ветками в руках и скандировали "Протестуем"!

И при всем своем лоялизме и охранительстве я считаю, что это очень хорошо, годно и верно.

Позавчера в Домжуре Калугин, отвечая на записки, сравнил Егора с Данте. Мол, больше никто так не писал с той стороны.

- А это что за известная легенда о мраморном царе?

- Это самое известное предание о судьбе последнего византийского императора. Согласно этой версии, когда турецкий солдат занес руку с мечом, чтобы отрубить Константину IX голову, внезапно появились ангелы и унесли императора в неизвестном направлении. Но христиане знают, что отнесли его к Золотым воротам, парадному входу в Константинополь, и спрятали в подземной пещере. Там император уснул и превратился в мрамор. Мраморный царь будет спать до тех пор, пока не придет время и Константинополь не освободится от турецкого владычества. Тогда он проснется, и ангелы дадут ему его меч, и император встанет и победит турок и прогонит вражеское войско до Красной Яблони.

- Почему до Красной Яблони?

- Что такое Красная Яблоня, сказать очень сложно. Это какой-то мифологический топоним. По одной из версий, в турецком языке было слово, которое можно перевести как «красная яблоня», обозначало оно большой город. Можно предположить, что красная яблоня - или относимое к ней красное яблоко - это такая метафора, которая означает или далекий город, из которого пришли турки, или вообще истоки мироздания. В любом случае, очень далекое от Константинополя место.

Такое ощущение, что два разных человека писали начало и конец. Я понимаю, что Чхартишвили любит постмодерн и внутренних авторов, но раньше такого диссонанса не наблюдалось. Похоже, что "Брусникин" - это коллективное творчество.

Тонкая стилизация "мемуаров Мангарова" со всеми полагающимися политическими выкладками по Кавказской войне, колониальная сказка про чеченскую девочку Зару и кота-ангела - и скатывание в пошлый и предсказуемый детектив. Такое ощущение, что начало Чхартишвили писал сам, а концовку - кто-то из его учеников.

Однако ради той части, которая "мемуары Мангарова", читать стоит. Если я правильно понял, смысл проекта "Брусникин" не просто в постмодернистской игре на грани любовного романа, детектива и собственно исторической повести - это у Чхартишвили везде так - а в прочтении читателям некоего злободневного урока.

В "Девятном Спасе" мы видим взгляд автора на "модернизацию на основе традиции" и оправдание лоялизма, в ГИВ - взгляд на Кавказскую войну отнюдь не 19-го века. Безупречные геополитические выкладки генерала Фигнера по поводу необходимости замирения горцев и скептицизм героя-одиночки Никитина.

И хотя Никитин - тот самый "герой иного времени", внутренний автор - Мангаров, согласный все же с Фигнером. Никитин говорит, что "нас туда никто не звал", Фигнер (и Мангаров) отвечают, что такова логика истории - уничтожить лимитрофы и установить окончательные границы с державами, ибо иначе придется постоянно терпеть набеги с ничейных земель.

А типаж подлеца-жандарма, продающего оружие Шамилю, видимо, вечен. Но куда более вечен вопрос, который ставит Мангаров в начале мемуаров - где будут "герои иных времен" в 1905 (20..) - среди душителей или среди разрушителей? Третьего пути, увы, "Брусникин" в романе не предвидит. Потомкам героев придется как-то искать его самим. Не зря же роман заканчивается, хоть и в постмодернистском акунинском стиле, молениями.

В финале там есть обалденная цитата из "Ромпер Стомпера".
На морском берегу, в полосе прибоя злодей Годфри пытается утопить Мэрион, но тут подбегает Робин Гуд, они долго дерутся и захлебываются в волнах, но Робин все-таки убивает Годфри. Прямо один в один Хандо, Дэйви и Габриэль в РС. Но только в РС героя Рассела Кроу (Хандо) убили, а тут он (Робин Гуд) в аналогичной ситуации победил. Подозреваю, сам Рассел Кроу на этой сцене и настоял.

Вот за такие вещи я, конечно, Скотту многое прощу. Но ждал я все-таки не постмодерна, а эпика...

Эну Раймон-Роджьеру де Тренкавелю от Раймона Ломбарда, консула города Каркассона.

Намедни наши солдаты в одной из деревень долины Од захватили менестреля, именовавшего себя Рюделем из Шотландии.

Оный Рюдель распевал непристойную жесту, в которой самым похабным образом отзывался о старом графе Риго и матери его, графине Альенор. Говорил он своим нечистым языком, что граф Риго не дошел после австрийского плена до Англии, но был убит при осаде то ли нашей, то ли франкской крепости еще не вернувшись на свой престол. И что причастен к тому был брат его Жоан. А что говорил он о графине и королеве Альенор, то писать не буду, ибо возгорится пергамент под моим пером.
Еще говорил тот Рюдель, что виллан равен рыцарю, а лучший между теми и другими - некий Робьен-в-капюшоне. При том рассказывал про того Робьена любимую простонародьем сказку, как виллан принес одному из северных сеньоров меч его сына, а сеньор признал сыном самого Робьена. И дочь свою тот сеньор отдал Робьену. О мерзкие уста!
И многое еще непристойное говорил тот Рюдель про дела в Англии - но то не наше дело, коли называется он Шотландцем, чему я не верю.

А под конец рассказывал он, что сюзерен наш и франков Филипп послал в Англию подлеца Жоффрея возмущать вилланов против короля Жоана. И что вилланы, обратившись вспять, побили короля Филиппа, и с ним немало рыцарей из земли Ок.

Разбавлял же менестрель сию жесту рассказами о непомерном бражничестве Робьена и его людей, и видно было, что это единственное, о чем говорил он со знанием дела.

Мы же, посоветовавшись, решили всыпать тому Рюделю Шотландцу три десятка плетей, и гнать его из земли Ок туда, откуда он явился. Ибо, эн Раймон-Роджьер, мнится нам, что не из Шотландии и не из Гибернии он явился, а из Кордовы или еще более дальних земель, куда кордовские сарацины и иудеи на судах ходят.

Если увидишь на своих землях того Рюделя - гони его прочь, но к франкам не пускай. Иначе помыслят они, что забыли мы о деяниях предков наших, да войной пойдут.

На этом прощаюсь с тобой, любезный эн Раймон-Роджьер, и жду скорой встречи в нашем цветущем Каркассоне.

Сегодня утром посмотрели Парад туркмена на белом коне, сейчас поедем гулять в Нескучник, смотреть салют с Воробьевых гор.

Мама вернулась из Литвы, рассказывала, как там дела. На 8-9 мая ветеранам там разрешили выходить на улицы с советскими наградами - в остальное время "публичная демонстрация коммунистической символики" запрещена.

А вчера мы с samurfila ездили в Рязань. Были в Кремле у мощей св. Василия Рязанского, втыкали на новопостроенный конный памятник князю Олегу работы Церетели, загорали на крепостном валу, катались по Оке и Трубежу на корабле, вечером сидели в привокзальном шалмане, в котором наблюдалась пьяная гопническая драка с кровищей и битой посудой. Кроме последнего, город очень понравился.

А сегодня на рынке мне продавщица выдала георгиевскую ленточку - такая им разнарядка поступила. А в одной из палаток демонстративно крутили песню про поручика Голицына. Такая вот эклектика.

С Днем Победы!

В этом году Бутовский полигон совпадает с Первомаем.

Тут мне на путевые заметки о Константинополе на "Татьянином Дне" пришел такой коммент:

"фундаменталистские кварталы, где таких красот не встретишь, в частности, Сулейманийе и Фатих..." просто бред...спокойные, тихие и доброжелательные районы...в них светского и религиозного населения столько же, как и в остальном Стамбуле кстати, вы эти самые листовки с Дудаевыми и тд сами видели? церкви есть...и не мало...и они действующие... "...после 35 отпускают усы..." для того, чтобы рассуждать и упрощать всех под одну гребенку, надо быть аборигеном данной местности (так же как и в Москве - москвичом, в Питере - петербуржцем, а в Уэльсе - шотландцем)

Во-первых, замечу, что в Уэльсе аборигены таки не шотландцы, а валлийцы, а во-вторых, вот, пожалуйста, листовка с Дудаевым:



Что характерно, видели мы эти листовки только и исключительно в Сулейманийе и Фатих, хотя исходили весь Город от Стены до моря.

Кстати, кто-нибудь тюркочитающий не переведет ли, что там написано?

Я правильно понял?

– Значит, – заговорил подполковник тихим голосом, – недавно на закрытом совещании армейских политработников время, в которое мы живем, было определено как предвоенное!

Подполковник замолчал, ожидая реакции, но в зале, видимо, ничего не поняли – во всяком случае, ничего не поняли мы с Митьком.

– Поясняю, – сказал тогда он еще тише, – совещание было пятнадцатого июля, так? Значит, до пятнадцатого июля мы жили в послевоенное время, а с тех пор – месяц уже целый – живем в предвоенное, ясно или нет?

(с) Пелевин, "Омон Ра"

На Мальте призывают убрать скульптуру фаллоса из опасения шокировать Бенедикта XVI во время его визита в эту страну

Москва. 14 апреля. ИНТЕРФАКС - Мэр мальтийского города Лука Джон Шембри призвал власти страны перенести скульптуру в форме фаллоса в преддверии визита папы Римского Бенедикта XVI, который должен прибыть на остров на этой неделе.

"В стране, которая считается самой католической в мире, негоже так встречать понтифика", - заявил городской глава.

По его мнению, понтифик, увидев фаллический символ, будет оскорблен.

Устремленное в небо изваяние красуется неподалеку от международного аэропорта Мальты и бросается в глаза каждому, кто прилетает на остров, сообщает Русская служба Би-Би-Си.

"Средиземноморская колонна", автором которой является художник Пол Велла Кретьен, служит местной достопримечательностью с 2006 года.

zurrija, cкульптор - не родственник Виктора случаем?

Это недавно появилось, или я такой тормоз?
Сегодня обнаружил на схеме метро в вагоне около приречных станций якорьки - мол, выход к причалам.

Реклама туристических корабликов или собираются пассажирский речной транспорт возродить?

Илье Агафонову и Вере Шараповой!



( +2 )

Очень хочу этот текст на память выложить, а то на ю-тубе ролик сняли, а песня, которую Юля спела, в том числе, и на вчерашнем концерте, очень верная, особенно сейчас.

( Третью суру читает Ильхам )

Вчера, после пасхальной службы, встречи рассвета на Воробьевых Горах и недолгого отдыха мы с samurfila поехали на концерт памяти Непомнящего в Домжуре. Шли в Домжур от Киевского вокзала, через Плющиху и Старый Арбат. А в Городе была весна, и Арбат словно бы проснулся - давно уже не видел там столько музыкантов и танцоров.

Эпиграфом к концерту могли бы быть слова Сергея Калугина - мол, хорошо и верно, что мы вспомниаем Сашу в День Победы над смертью.

Встретил там много хороших людей - Хальдера, Эну, Лену-Ведьму, Колю Аленева (который рассказал нам много интересного про предстоящий нам сегодня выезд в Кинешму), Мишу Красавина, Мэри-Джо с Боцманом и многих иных-прочих. Все-таки, хорошо, когда почти весь формейшен спустя столько лет собирается, пусть и по такому грустному поводу... Жаль, что не доехали Терехов и Гордон, хотелось тоже поговорить, но надеюсь, скоро еще увидимся.

На заднике сцены была вывешена большая фотография Саши, молодого и улыбающегося. И концерт был действительно пасхальным, ибо смерти нет, и Саша в Небесном Иерусалиме наверняка рад, что мы здесь его помним.

Почти все выступления начинались с пасхального приветствия "Христос воскресе" и отзыва "Воистину воскресе" от зала.

Первым выступал Дэн-Назгул, единстенный, кто хорошо перепел, помимо своих, песни Непомнящего - "Знаю" ("Рай лежит на остриях копий") и "Инквизицию". Задал настроение на все последующие выступления. Еще он хорошо спел свою песню "Андеграунд - моя религия", перепев-ответ на Сашино "Одиночество".

Потом был Черный Лукич, из которого мне очень запомнились "Светлячок" и "На первых и последних этажах".

Потом был Калугин, как всегда великолепен - "По тонкому льду", "Радость моя", "Убить свою мать" и "Покой и свобода".

А после Калугина была Теуникова, которая вспоминала, как они с Сашей сидели под тентом, закрывавшим их от проливного дождя на "Поющей Кружке", и говорили про Интернет, ТВ, гастарбайтеров и веру. И песни Юли были, наверное, наиболее подходившими к поводу - "Бабушки", "Не отврати лица" и "Московская стройка" (которая "Третью суру читает Ильхам", сейчас даже отдельно этот текст выложу, ибо актуален).

Выступление Тюни, а также следующего за ней Сантима ("Резервация Здесь"), было кульминацией мероприятия. На фоне портрета Александра, под звук их песен, казалось, что пелена времени расступается, и мы опять в девяностых или начале нулевых, в веселое и страшное время, когда Саша был с нами. Но чуть попозже Костя-Наркомат спел - "девяностые не вернутся никогда". Непомнящий все-таки сделал очень много для того, чтобы мы вырвались из морока подполья, чтобы, пройдя через НБП, через мечты о революции, стали теми, кем стали, чтобы Москва - город последний - до сих пор стояла.

После была прекрасная Рада Анчевская, перед выступлением сказавшая, что многие живые ушли из нашей жизни, но здравствуют, а Саша умер, но остался с нами.

Потом был уже упомянутый замечательный Костя Кудряшов со своим неизменным юродством, еще кто-то, и под занавес - "Теплая Трасса".

Потом все кончилось, люди расходились по окрестностям, мы с Мэри и Боцманом пошли гулять на Новый Арбат. Обратно в 2010 год, где впереди вечность, а позади - Москва.

Саша жил не зря. Мы помним и будем помнить.

Христос воскресе!

Обычно я как раз там и езжу на работу, но все-таки позже времени этих взрывов. Так и сегодня. В десять часов в метро было совершенно спокойно, на оранжевой ветке, хотя она, по сути, является дублером красной, никаких безумных толп или усиленных патрулей не наблюдалась. Переход на красную ветку на Тургеневской перекрыт, так что до своей Спортивной я добирался через Ленинский проспект, потом пешком через мост.
Около Лужников много автобусов без номеров, которые пустили от Трех Вокзалов. Кроме того, видел больше обычного милицейских машин с мигалками, скорых и пожарных - все-таки, там Парк Культуры рядом, хотя, казалось бы, после взрыва уже 2 часа прошло.

Такие вот дела в нашем богоспасаемом городе.

Начал читать трехтомник РПАЦ-евской монахини Кассии (Т. Сениной) про св. Кассию Константинопольскую.

Пока читается очень интересно - и с литературной, и с исторической точки зрения. Давно я уже говорил, что почти все популярные книги по Византии - что исторические монографии, что художка - страдают разделением политической и церковной истории Византии.

У Кассии этого нет, там как раз правильное параллельное описание того и другого. Жизнь нескольких константинопольских семейств на фоне, с одной стороны, бесконечных переворотов, интриг и войн, а с другой - религиозных диспутов о почитании или осуждении икон и о допустимости вмешательства светской власти в дела Церкви и церковной - в дела государства. В первой части первого тома ("Зерна") будущие св. Кассия, св. Феодора и император Феофил - еще дети, а центральная фигура - св. Феодор Студит.

Книга, конечно, не для легкого чтения. Уж насколько я много читал про те дела, в том числе и в первоисточниках, а все равно через пару-тройку глав понимаю, что надо бы про те или иные события справиться хоть в Википедии - даже интересующийся неспециалист все те расклады, топонимы, военно-придворные термины или счет лет по индиктам не вспомнит. Примечания, карта и хронология роману явно бы не помешали, но похоже, так было и задумано.

Трактовка ряда событий времен, предшествующих второму иконоборчеству, в частности, временное противостояние св. Феодора Студита и св. патриарха Никифора, может показаться не только злободневной, но и пристрастно изображенной. Но книга вполне православная, и притом - интересная. Надеюсь, подобный жанр еще будет продолжен многими авторами, и не только из "альтернативных" юрисдикций.

Сейчас на работе разбираю таблицы "Роспечати". Там группировка по регионам, причем регионы России перечисляются и нумеруются в алфавитном порядке. Но - в алфавитном порядке их советских наименований. То есть, Тверь в списке между Калининградом и Калугой (потому что Калинин) и т.п. Вроде бы, ничего удивительного?

Но Волгоград в списке находится между Ставрополем и Тамбовом, а Оренбург - между Челябинском, Забайкальским краем (бывшая Читинская область) и Чувашией. Сталинград и Чкалов!
Уже более полувека нет этих названий, уже решения ХХ съезда КПСС многократно пересмотрены и забыты, уже и "Союзпечать" давно стала "Роспечатью", а в таблицах регионы остались на местах времен Вождя Народов.

С недельным опозданием пишу отчет о просмотре. Ребята, это круто.

В детстве я неудомевал от восхищений по поводу сказок Кэрролла, зато очень любил стихотворение про Бармаглота. Мне оно всегда казалось чем-то отдельным от прочих приключений Алисы, которые я понял уже в сознательном возрасте. А Бармаглот и Брандышмыг были близки мне всегда. И лучшим фанфиком про Алису я считал и считаю "Всё тенали бороговы" Генри Каттнера.

И Тим Бертон оправдал мои ожидания - он поставил в основу своего апокрифа именно это лингвистическое хулиганство, объяснив его куда лучше Шалтая-Болтая. Кстати, именно потому в фильме нет мюмзиков и шорьков - точнее, они есть, но не в трактовке Шалтая из Зазеркалья, а в трактовке альтер-эго рассказчика - Шляпника. И выглядят они совсем не так, как мы могли бы подумать.

Та Страна Чудес, в которую попадает 19-летняя Алиса - это одновременно и та, и не та страна, где она побывала в 7 лет и 6 месяцев. Это вторичная реальность по Толкину, горы за деревом Ниггля, фантазия, обретшая реальность, когда автор становится творцом.

В 7 лет Алиса-дитя создала сказку. К 19 годам мир вырос и развился вместе с ней, и игра ребенка стала войной подростка. Мир меняется быстрее, чем люди - безумное чаепитие продолжается, но уже не в прекрасном саду, а на руинах детства.

Потому что, Алиса, убежав от реальности в 19 лет, ты не вернешься в свои 7, даже если сохранишь в душе чистоту той девочки, которой ты была. Тебя там просто не узнают, даже если ты и узнаешь сильно изменившихся обитателей Страны Чудес.

Первая часть фильма - это осознание самой Алисой, что она уже не та - ей говорят об этом все ее старые знакомые, да и сама она это начинает понимать. Но Шляпник, Заяц и Мышь не просто так пили чай 12 лет в ее стране. Они, созданные ее воображением, объяснят Алисе, что "как захочешь, так и было". Что прочитанный при входе в Зазеркалье стишок, придуманный Алисой - это как раз про нее саму. Что не она - приложение к "вострому мечу", как пытается убедить ее Бармаглот, а вовсе наоборот.

...Звери разговаривают... Коты исчезают... Волшебная страна существует! Я одолею Бармаглота!

Алиса осознает реальность мира, построенного ее воображением - и через это осознает реальность себя самой.

И возвращается домой, где предстает перед благородным собранием - взрослой.

А в это же время гусеница окукливается и становится бабочкой - вечный символ смерти и воскресенья, между прочим.

Алиса становится женщиной и начинает свой путь в реальном мире, хотя мы понимаем, что дальнейшее - назначение незамужней девушки представителем торговой компании неудавшегося свекра на китайском направлении в середине 19-го века - куда менее вероятно, чем улыбка чеширского кота. Мы не знаем, куда на самом деле уплывает Алиса, быть может, что и за пределы той реальности, где существуют равно нереальные викторианская Англия и Страна Чудес.

Но она справится и там. Она же обещала Шляпнику, что вернется.

Десять фактов из жизни на названное слово. Кто хочет, может отметиться в комментах и продолжить.

Тема от erdaenar - Байкал.

1. Байкал - это самая восточная точка, где я был.

2. Был я там два раза - один раз летом 2006 года, когда мы большим отрядом покоряли остров Ольхон, и второй - зимой 2008 года, когда я, еще будучи сотрудником "Базового Элемента", ездил в командировку на Байкальский ЦБК.

3. В первую поездку я купался в ледяной воде Байкала. Скорее, окунулся в него, ибо больше десяти метров туда-сюда там из-за холода не проплывешь.

4. А во вторую поездку я гулял по байкальскому льду. Именно там была сделана фотография, которая сейчас у меня на юзерпике.

5. В 2006 году мы ехали в Иркутск поездом, три с половиной дня, а назад я впервые в сознательном возрасте летел самолетом.

6. В 2008 году, когда меня водили по цехам еще работавшего комбината, мне позвонила жена, и я узнал, что Егора Летова с нами больше нет.

7. А в 2006 году, кроме прочего, мы сидели на мысе Будун, с которого я привез камень, который много раз терялся и находился, но теперь хранится у меня на полке.

8. Когда мы возвращались из походов на северную оконечность Ольхона, erdaenar поила нас настойками на основе спирта, байкальской воды и местных трав. Наверное, ничего более вкусного я ни до, ни после не пил.

9. Еще в 2006 году я пил разливное молоко в бурятских шалманах, а в 2008 году в кафе при гостинице Байкальска я ел невообразимо вкусные "позы" - бурятскую помесь пельменя с беляшом.

10. И когда-нибудь я туда еще вернусь :-)

От Золотого Рога до Пропонтиды Константинополь окружен Стеной Феодосия. Сама по себе Стена, наверное, самое старое константинопольское сооружение, достаточно интересна, а около Стены, с внутренней и внешней ее стороны, находятся разные любопытные локации.

( Фанар, Карийе, Живоносный Источник и прочее )

День еще не кончился?

Ну тогда вот вам фотки тех, кто продолжает дело Клары и Розы. Если все женщины, борющиеся за права, будут такими, их дело победит! :-)

27 февраля, митинг левых сил в Константинополе.

Как я уже сказал, Константинополь - город контрастов. И по сравнению с центром, главный контраст - это Галата.

Галатскую Башню, Башню Иисуса, видно очень издалека, в том числе, с вышеописанных переулков. Но дорога до Башни заняла у нас целый день.

С побережья Золотого Рога уходит много катеров. Большинство из них - общественный транспорт на Ускюдар, на азиатский берег (те же самые 1,5 лиры ака 30 рублей). Но Ускюдар виден и с высот Топкапы, а новоприбывшим в Константинополь интересен не иной берег, а сам Босфор. И вот, на третий день нашей поездки, мы купили билет на трехчасовую прогулку по Босфору, с отправлением от площади Эминеню (20 лир, 400 рублей).

На корабле было много турок, несколько итальянцев и пара косоглазых восточно-азиатов неизвестной страны. И двое русских, то есть нас.

Мы прошли Золотой Рог под Галатским мостом, и вышли в Босфор. Нет там открыточного вида на Софию - ее загораживает дворец Топкапы. Нет там и вида слияния двух морей - Босфор длинен и широк. Но зато там есть сам Босфор. Корабль идет на Север, удаляясь от Софии и входя в Пролив. И там и начинается самая красота.

( Галата-и-Пера )

Гаражи горят, что-то взрывается. От дома далеко, метров 50. Пожарная машина подъехала, теперь вся улица в дыму, а пожар продолжается.

Хотя нет, вроде потух.

Завтра в новостях почитаю.

PS Все, потушили.

Конечно, в Город стоит приехать хотя бы ради того, чтобы увидеть Софийский собор. Купол Софии приковывает взгляд издалека, а весной площадь с начинающими цвести деревьями, наверное, красива особенно. Билет в музей Айя-София стоит 20 лир (400 рублей), но в Константинополе все музеи дорогие, и они того стоят. Внутри собора восстановлены многие фрески и мозаики, а те, что не восстановлены, можно увидеть на выставленных в галерее щитах-картинах. Конечно, многое осталось и от мечети - круглые щиты с сурами Корана на потолке, михраб на месте алтаря. В главной зале много лесов - что-то восстанавливают под объявление в этом году Константинополя "культурной столицей Европы". Но даже сейчас Софийский собор поражает величиной и соразмерностью, и нестираемым ощущением святости места.

Под сводами и на галерее множество экскурсионных групп и отдельных туристов и паломников. Очень много греков. Для туристов сделали парочку дополнительных достопримечательностей - обозначили место на перилах галереи с "автографом викинга" 9-го века ("здесь был Хальвдан") и "колонну желаний", где нужно вставить в дырку палец и провернуть его.

В передней части на стенах картины с изображениями Софии-храма и Софии-мечети, а также карта Византии при Юстиниане и врезка "Три Рима", на которой отмечены Рим, Константинополь и Москва:



( Прочие локации окрестностей Софии )

Когда попадаешь в место, о котором столько читал, столько рассматривал старых карт и изображений, и понимаешь, что все это видишь своими глазами, все, что было здесь когда-то, само как бы достраивается в воображении. И все минареты с муэдзинами не перечеркивают этого Константинополя-в-моей-голове. Того, в котором над Святой Софией сияет крест. Того, который когда-то где-то еще будет воплощен.

Итак, начинаю отчеты по Городу.

Утром 25 февраля мы приземлились в аэропорту Ататюрка. Вопреки прогнозам, дождя не было (как не было его и почти все последующие дни), а была весенняя погода уровня нашего позднего апреля. Прямо из аэропорта в центр ходит метро, так что впервые мы рассмотрели город из окна поезда, и самым непривычным были не минареты и надписи по-турецки, а зеленая трава и цветы.

Метро там частью подземное, частью надземное, проезд стоит 1,5 лиры (30 рублей), станции объявляют по-турецки и по-английски. Ветка всего одна - от аэропорта до станции Аксарай на Месе. Еще есть "метротрамвай", по виду ничем не отличающийся от метро, только наземный, который ходит по Месе и через Золотой Рог в Галату. Где-то в Пере есть еще одна ветка метро, но ее мы не видели.

Наша гостиница, "Загреб", была в трех кварталах от Аксарая, в районе Лалели, и поселились мы там достаточно быстро, после чего тут же отправились изучать Город.

( Итак, первая часть отчета - Старый Город )

Да, я был в Святой Софии! Да, я стоял на Стене Феодосия! Да, я сидел на Галатском мосту!

Я смотрел, как журавли строят гнезда на платанах в султанском парке. Я шел вниз по Истиклялю с коммунистами, и красные флаги закрывали закат, а "Бела Чао" перекрывала крик муэдзина.

Я плыл по Босфору на корабле. Я пил пиво в пабах за победу "Бешикташа" над "Галатасараем".

Я прошел Месу от Ипподрома до Аксарая. Я втыкал на Город с Галатской Башни. Я видел гробницу Александра Македонского, я молился у мощей Григория Богослова и Иоанна Златоуста.

Я видел, как под Стеной подымаются огороды, а бомжи разжигают костры. Я видел, как рыбы плывут мимо колонн в цистерне Юстиниана и мимо апсид Живоносного Источника.

Я молился на литургии в Фанаре, на всенощной в русском подворье на Галате и там же - в католическом храме Петра и Павла.

Я пил за крест над Софией, и рядом со мной всегда была моя любимая samurfila!

Простите меня за все, соратники и попутчики!