Точка. И новая строчка.

Упокой, Господи.

15 сентября 2009 года на внеочередном заседании епархиального собрания Сухумо-Абхазской епархии духовенством и монашествующими единогласно было принято решение о начале канонического восстановления Абхазской православной церкви - Пицундского католикосата. Вновь образованная епархия получила наименование "Пицундская и Сухумская".

Что ж, пока Москва и Мцхета за послевоенный год так и не пришли к компромиссу, Сухум делает ход конем. Канонические основания у о. Виссариона есть - Абхазия в 8-м веке отпала от иконоборческого К-поля и подтвердила свой статус автокефального католикосата от патриарха Антиохии. И где-то до 17-го века Абхазская церковь существовала независимо, пока турецкое завоевание не загнало ее в катакомбы. Об этом я писал в прошлом году.

27 мая 2009 года случилось еще одно событие, видимо, также подтолкнувшее Виссариона к этому шагу - архиепископ Майкопский и Адыгейский Пантелеимон, неофициально окормлявший Абхазию, был переведен на Орловскую кафедру.

С одной стороны, для переходного периода образование католикосата - не самый плохой вариант (конечно, в случае его признания мировым православием). С другой стороны, может начаться долгий дипломатический торг за признание, где в качестве "третьего радующегося" попытаются выступить фанариоты.

Будем наблюдать.

Там есть Паук. И он даже пару раз говорит "например". А дальше там смотреть необязательно, например.

Обычный день календаря.

Sic transit gloria mundi.

Вот я в предыдущем постинге писал что-то вроде рецензии про "Царя", а знаете, какая на него рецензия на IMDB?

In 16th-century Russia in the grip of chaos, Ivan the Terrible strongly believes he is vested with a holy mission. Believing he can understand and interpret the signs, he sees the Last Judgment approaching. He establishes absolute power, cruelly destroying anyone who gets in his way. During this reign of terror, Philip, the superior of the monastery on the Solovetsky Islands, a great scholar and Ivan's close friend, dares to oppose the sovereign's mystical tyranny. What follows is a clash between two completely opposite visions of the world, smashing morality and justice, God and men. A grand-scale film with excellent leading roles by Mamonov and Yankovsky. An allegory of Stalinist Russia.

Это все, что они могли там увидеть?

@#$%^!

Это не исторический фильм. Это не проповедь. И тем более, это не аллюзия на современность.

Это картина, которая оправдает кинематограф нулевых. Картина вне времени.

Про то, что Иоанн - лучшая роль Мамонова, а святой Филипп - лучшая роль Янковского, не написал только ленивый.

А я хочу сказать благодарности актерам второго плана.

Домогаров - Алексей Басманов - верный пес. Его персонажа даже нельзя назвать отрицательным - он уже за пределами добра и зла. Помните у Шевчука: "Верный пес царя грозного Иосифа / Скачет Егор в счастливую жизнь / Старое к чертовой сносим мы / Новая вера рванет - ложись!"
Если вы за опричнину, то вам он понравится. Мне бы лет десять назад точно бы понравился.
Это у Малюты Скуратова - Юрия Кузнецова - еще проявляется какая-то рефлексия. Басманов же свободен от интеллигентских переживаний - пророк новой веры. Пока царь мечется между алтарем и плахой, Басманов уже знает его волю.

И хоть это и остается за кадром фильма, мы-то знаем, как кончат свои жизни командиры Опричнины. Малюта погибнет честным солдатом России при штурме ливонского замка, а Басманова убьет собственный сын по приказу царя.

Шут, герой о. Иоанна Охлобыстина, тоже проповедует эту "новую веру", но в финале слишком уж открыто объявляет, КОГО он видит в образе царя и его жены. И неясно, кому же он кричит "Аллилуйя" сквозь дым костра. То ли он разоблачил царя, а то ли просто слишком рано спалился, в прямом и переносном смысле.

Отдельно хорошо выписаны иноземцы при московском дворе. Штаден (которого играл всем известный финн с непроизносимым именем из "Особенностей..."). Немец, который использует чертежи водяных мельниц для постройки пыточных машин. Кстати, это реальный исторический персонаж, только почему-то обозванный Андреем, а не Генрихом. И прекрасно сыгравшая Марию Кабардинскую Рамиля Искандер - этакая "шемаханская царица", южанка, получившая возможность поглумиться над русскими. В реальной истории Мария-Кученей была не такой уж отмороженной, и не зря, все-таки, ее памятник стоит на главной площади Нальчика (являющийся постоянным объектом ваххабитских терактов). Но тут режиссер, видимо, свел воедино ее и ее братца Михаила-Салтанкула Черкасского, этакого опричного аналога Рамзана Кадырова.

Еще раз повторяю - этих персонажей лишь условно можно назвать негативными. Конфликт "Царя" - это не борьба добра и зла, а дискуссия о понимании святости. В реальности фильма царь - не столько злодей, сколько еретик, не зря св. Филипп называет его Сатанаилом, т.е., намекает на богумильство. Царь, прекрасно сыгранный Мамоновым, в этом фильме верит искренне, но объект его веры отнюдь не тождественнен Христу.

Интересны также и герои второго плана, противостоящие царю. Но получились они куда слабее опричников, увы.

Единственная в фильме батальная сцена совершенно не исторична, а упомянутный среди полоцких воевод-заговорщиков Бутурлин вполне себе пережил грозного царя. И что там за Шуйский был, я так и не понял... Похоже, что соратники племянника св. Филиппа были нужны для раскрытия ролей Скуратова и самого митрополита. В любом случае, получились архетипичные честные и оболганные офицеры, которых казнили ни за что. Такие ситуации случались чуть попозже, и при Грозном, и при первых Романовых (Михаила Шеина я Михаилу Романову не прощу, ага). Лунгин и Алексей Иванов несколько сдвинули историю, и я не очень понимаю, почему. Хотя, попробую объяснить за них.

Пытка племянника Филиппа, готового оговорить себя во имя государя, но не готового предать митрополита - это очень сильный момент. Вся сцена с медведем - вообще вне сравнения с любыми аналогами в мировом кинематографе. Только вот, после всего, против колоритных опричников и самого Иоанна в итоге остается только один Филипп.

И еще - девочка с иконой, творящая чудо с обрушением моста под поляками, и жертвующая собой на арене с медведем. Гибсоновская такая девочка из "Апокалипто". Маленькая девочка со взглядом Богоматери. Показывающая, что на войне с внешним врагом правда все равно наша, кто бы при том ни сидел в Кремле, а вот в самом Кремле правду могут и забыть.

И еще - прозревший опричник - тюремщик Филиппа, уходящий с монахами в гарь.

Трое, бросивших вызов тайне беззакония. Трое проигравших. И финал фильма - это поражение, застывшая в безмолвном ужасе Москва. И наш царь, так долго просивший знака, но не увидевший его.

Мы знаем, что будет после титров. Новгород будет разорен, Москва сгорит, война будет проиграна, а династия Рюриковичей пресечется. Но не всех воевод сожрет опричный медведь - Иван Шуйский удержит Псков, а Дмитрий Хворостинин остановит Орду при Молодях. Будут новые цари и новые святые. А после Смуты постепенно будут сделаны уроки из всего этого "грозного" времени.

А еще через 4 века потомки героев тех лет посмотрят фильм Лунгина - не исторический, не проповеднический, и тем более, не злободневный. Зато правильный и верный.

Патрiк, ти чув, як клятi сассанахi наш Самайн називають?
- Як?
- Хєллоуїн!
- Повбивав бы!



За картинку спасибо mirilde

Виктор Олегович, поиграв в социальную сатиру, вернулся, наконец, в свой излюбленный сюжет - преодоление иллюзорной реальности.

Его новый роман "t" - про обретение субъектности в мире-тексте.

Т. - это не только имя главного героя. Это и "текст", и "Творец", и постмодернистская троица "Персонаж - Автор - Читатель". Граф Т. на пути к Оптиной Пустыни проявляет себя во всех трех ипостасях.

Осознав себя персонажем чужого текста, он сначала ищет авторов, а потом осознает себя одним из них. Но в зыбкой реальности пелевинских миров этого мало. За каждым автором стоит другой автор, по отношению к которому первый автор - такой же персонаж. Мало того, автор и персонаж легко меняются местами. Есть ли вообще выход из этой делезовской ризомы? Есть ли истинный Автор?

Т. немного подумал.
— Тогда еще один вопрос, — сказал он. — Скажите, если Ариэль и все его подручные — просто действующие лица, кто же тогда настоящий автор? Истинный и окончательный?
— А это вам предстоит выяснить лично.
— Но как?
— Встретившись с ним лицом к лицу.
— Почему вы думаете, что он окажется лучше Ариэля?
— Видите ли, — сказал Соловьев, — у него другое представление о назначении Книги. С его точки зрения, оно в том, чтобы спасти героя. Особенно такого, которого вообще невозможно спасти. Вроде вас…

Герои раннего Пелевина искали способ обмануть демиурга, убежать из мира-текста. Сойти с "Желтой стрелы", улететь из курятника, прорваться во Внутреннюю Монголию. Но в "t" объясняется, что это тоже не выход. За пределами текста, в котором герои - персонажи, не автор. Третье лицо постмодернистской троицы - читатель (он же и автор, и все персонажи, поскольку весь текст - лишь в его сознании). И этот Читатель - един.

Графу Т. мало научиться творить реальность - ему надо стать одним с единственным Субъектом всех реальностей. Стать Им. Обожиться. И осознав это, он достигает своей Оптиной Пустыни.

— Окно, раскрытое во все стороны сразу! Так не может быть, но так есть…

Мир "t" - это уже не буддистский, но еще не христианский мир. Обожение графа Т., "умное неделание" - это, конечно, не святоотеческий исихазм, но и не бегство из сансары в нирвану. И все же, это победа над дискурсом, где правят Ариэль Брахман с соавторами и те, кто придумывает их (и те, кто придумывает тех, кто придумывает их).

К самому "демиургу" Ариэлю граф Т. незадолго до финала приходит примерно так, как к Вавилену Татарскому пришел Пес Пиздец в "СКО". Но "t" - это возвращение в мир более раннего Пелевина, в мир "Чапаева и Пустоты".

Композиционно, кстати, "t" во многом похож на "Чапаева". В обоих романах есть цитаты друг из друга. Одна из центральных сцен "t" - переход графом Т. замерзшего Стикса на коньках - это сон Петьки в "Чапаеве". А сам Василий Чапаев появляется в "t" как собеседник графа по соловьевскому кружку. Там еще в эпизоде даже маленькая Анка-пулеметчица есть.

Наша реальность там тоже есть - и финансовый кризис, и противостояние силовой и либеральной башен Кремля, и узнаваемые персонажи московской политправославной тусовки. И по писательской братии Виктор Олегович прошелся сильно - что стоит хотя бы имя, под которым он вывел Акунина-Чхартишвили! Но это - лишь декорации.

А завершается повествование, так же, как и "Чапаев", стихотворением:

Как на закате времени Господь выходят Втроем
Спеть о судьбе творения, совершившего полный круг.
Кладбище музейного кладбища тянется за пустырем
И после долгой практики превращается просто в луг.

Древний враг человечества выходит качать права,
И вдруг с тоской понимает, что можно не начинать.
Луг превращается в землю, из которой растет трава,
Затем исчезает всякий, кто может их так назвать.

Правое позабудется, а левое пропадет.
Здесь по техническим причинам в песне возможен сбой.
Но спето уже достаточно, и то, что за этим ждет,
Не влазит в стих и рифмуется только с самим собой…

"И не думайте, что достаточно вам будет сказать себе: "Наш отец-Авраам". Я говорю вам, что Господь может вот эти камни превратить в детей Авраамовых.
Топор уже готов рубить деревья. Всякое дерево, которое не даёт хорошие плоды, будет срублено и брошено в огонь.". (Мф 3:9-10)

Это ведь не только, и не столько про иудеев сказано.

http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=32550

Ольга чувствует себя нормально, никаких переломов, сотрясений нет, есть только многочисленные ушибы и ссадины, но мы все же будем писать заявление в милицию. Спасибо всем за поддержку. Прошу также воздержаться пока от дальнейших обсуждений конспирологических версий - это дело компетентных органов, а читать в ленте перемывание нашх костей крайне неприятно как мне, так и особенно Ольге.

На этом тему закрываю.

На меня тут, оказывается, наехали за плохое, негодное качество перевода черновиков Толкина. Семь лет на Куличках пролежало, а тут вдруг вспомнили.

Надо же, кому-то это еще интересно :-)))

Френды, кто пользуется почтой GMail.com? Она только у меня страшно висит и тормозит крайние три дня, или это у всех так?

На торрентах.

В преддверие очередного Русского Марша - очень качественное аниме про противостояние несогласных и охранителей, конкуренцию МВД и госбезопасности, а также про любовь террористки и контрразведчика. Как полагается в грамотном аниме, однозначно положительных и отрицательных героев там нет, выводы каждый сделает свои. Но посмотреть всем советую.

А вот тут есть клип из нарезки кадров фильма на летовский "Лед под ногами майора", благодаря которому мы фильм и нашли. Для ознакомления с видеорядом годится, хотя фильм о совсем другом.

В последний день сентября хорошо там погуляли.

Вместо отчета вот эта фотка меня и samurfila, сделанная elena_maler:

Когда арабы научились строить корабли, Кипр стал передним краем джихада. Император Юстиниан II прибегнул к опыту первого Рима в отношении Британии - остров, который больше нельзя оборонять, надо эвакуировать. Киприотов поселили в "Новой Юстиниане" - на южном берегу Черного моря. И до сих пор предстоятель Кипрской православной церкви титулуется архиепископом Кипра и Новой Юстинианы, хотя на южном берегу Черного моря после веселых младотурецких дел ни греков, ни православных уже почти сто лет как нет.

Но это будет потом. А спустя два с половиной века после юстинианова выселения Империя взяла реванш на морях, и Средиземноморье на время очистилось от магометан. Греки снова заселили покинутый остров. Но часть потомков старых поселенцев Ларнаки - Китиона не захотела жить в оскверненных домах. Они основали новое поселение - Кити, в 12 км к югу. Именно туда мы дважды ходили, раз неудачно, а второй раз - успешно.

( О том и рассказ )

Мы помним.

Начало здесь и здесь.

"Троодос" означает "три дороги". В этих горах сходятся дороги из Никосии, Лимасола и Пафоса. Мы заезжали в горы по восточной, никосийской дороге, а возвращались по южной, лимасольской. Ехали мы в горы впятером - я с samurfila, еще две девушки и водитель, администратор Русского православного образовательного центра Кипра Валерий Зыков. Валерий оказался отличным рассказчиком, и мы не только посетели запланированные монастыри, но и узнали много интересного о нынешних социально-экономических раскладах на острове.

Выехав из Ларнаки рано утром 17 сентября, мы быстро проехали предместья Никосии, после чего некоторое время ехали вдоль демаркационной линии между Югом и Севером. С севера, уже с турецкой территории, почти над самой столицей нависают горы Пентадактилос, на одном из отвесных склонов которых, смотрящем на юг, турки выбили свой флаг и слова Ататюрка: "Какое счастье родиться турком". Говорят, особенно эффектно эти надписи видны из города ночью, когда турки включают подсветку. Такая вот психологическая война.

Но мы свернули из приграничной полосы на юго-запад, в горы Троодос, целиком находящиеся под греческим контролем. Обогнув массив по невысоким северным предгорьям и сделав несколько остановок на видовых площадках, еще до полудня мы приехали в монастырь Киккос.

Киккос - крупнейший монастырь Кипра, знаменитый одноименной иконой Богородицы письма апостола Луки и уникальными мозаиками (множество фотографий которых я скоро тоже выложу). Монастырь основан в XI веке при императоре Алексее I, и не закрывался ни при крестоносцах, ни при турках. Настоятель традиционно имеет епископский сан. Подобно многим средиземноморским монастырям, Киккос окружен прямоугольными стенами с двумя ярусами галерей на внутренней стороне, при этом сами галереи украшены мозаиками на сюжеты из Писания и из истории монастыря.
Оригинальная Киккская икона Богородицы по традиции закрыта платом, приложиться можно только к части оклада. Кроме нее в главном храме монастыря много икон и элементов церковного убранства, подаренных русскими - от царя Алексея Михайловича до современных жертвователей.

Из Киккоса наш путь лежал в монастырь Богородицы Троодитиссы, через перевалы центральной части горного массива. По немыслимому серпантину "семь изгибов на версту", над пропастями и уже под палящим полуденным солнцем. Этот исихастский монастырь, в отличие от окруженного сувенирными лавками Киккоса, туристов не приветствует, о чем даже написано на подъезде, поэтому попасть туда мы могли только таким образом - малым числом на машине со знающим местных проводником. Троодитисса - небольшой тихий монастырь в сердце гор, в стороне от дорог, в каком-то смысле, можно сказать, совсем неотмирный. Главная святыня - пояс Богородицы, у которого проводятся молебны о разрешении бесплодия.

После Троодитиссы мы - опять по серпантинам через лимасольскую трассу - спустились в предгорное село Омодос, в недействующий монастырь святого Креста. Из-за близости к Лимасолу Омодос - место остановки множества туристических и паломнических автобусов, благо поклониться там есть чему. Главная святыня монастыря - глава апостола Филиппа.

В окрестностях Омодоса уже вовсю начинаются виноградные плантации на горных террасах, готовящие сырье для четырех заводов Лимасола и множества мелких виноделен, которые мы проезжали, спускаясь к морю, чтобы через Лимасол вернуться в Ларнаку.

В сам Лимасол в этот раз мы не попали, хотя сначала и хотели выбраться в тамошнюю русскую церковь на старостильное Рождество Богородицы. В итоге 21 сентября мы отметили иначе, пешим походом в Кити к храму Ангелоктисти, но об этом я напишу отдельно.

Для более подробного ознакомления с историей и современностью упомянутых и прочих святынь острова советую статью Ольги 2001-го года "Остров святых".

(Отвлекаясь от Кипра)

Сейчас в ленте увидел реакцию украинских френдов на речь некоего Павла Фельгенгауэра на "Интере", что, мол, Россия пока не готова воевать с Украиной за Крым. На "Интере" этого Фельгенгауэра представили "российским экспертом по военным вопросам" с такой коннотацией, будто бы он - чуть ли не официальный представитель Кремля.

"Вот когда это (военная реформа - М.Г.) состоится, в будущем, возможно, лет через 5, а возможно, больше, то тогда можно говорить о теоретической возможности перехода проблемы Крыма в военную плоскость".

Хотя минутный поиск по Яндексу расскажет всем, кто до этого не знал, что господин Ф. - журналист "Новой Газеты", уж никак не могущей быть заподозренной в какой-то связи с нашим Правительством.

Похоже, прав holmogor, сейчас кем-то ведется кампания на стравливание - "красных" с "белыми" из-за Власова, русских с татарами из-за "роли Орды в генезисе России", а теперь вот сразу двумя выстрелами - русофилов и восточных украинцев на юг от Козачьей Лопани и оголтелых сторонников войны за Крым с вменяемыми русскими патриотами на север от нее.

По всем трем пунктам - Власов, Орда, Крым - не ведитесь на провокации. Даже в ЖЖ.

Начало здесь.

Жили мы с samurfila в гостинице "Кактус" на южной окраине. Плакать, колоться, но продолжать жрать кактус нам, действительно, пришлось, причем в самом буквальном смысле, но об этом будет в главе про соленое озеро, Камарес и Кити. А в этом "Кактусе" все было как раз прилично.

Саму гостиницу я подробно описывать не буду, на мой вкус, от Бреста до Байкальска и от Вологды до Ларнаки оные заведения отличаются весьма незначительно. А вот район, где этот "Кактус" возрос, заслуживает весьма детального описания.

( Как и весь город )

В этом-то городе контрастов мы с любимой и гуляли 10 дней, попутно сходив на юг в Кити, что за соленым озером (здесь будет ссылка), съездив в монастыри гор Троодос (здесь будет ссылка), пройдя на корабле восточное побережье вплоть до мертвой Фамагусты (здесь будет ссылка), а также пробавляясь вином, сыром, пивом и мясом в местных лабазах (и здесь будет ссылка).